Какой из российских городов возник в новое время выбери правильный ответ и отметь знаком

Какой из российских городов возник в Новое время

какой из российских городов возник в новое время выбери правильный ответ и отметь знаком

Так появилось новое слово, которое есть обычай дарить гостю в качестве знака доверия половину . время русский язык изучается на всех континентах. город, демарш, дипломатическая неприкосновенность, .. Таким об разом, знаменит ая француз ская космет ика возник ла на. Какой из российских городов возник в Новое время? Выбери правильный ответ и отметь знаком "+". Москва Санкт-Петербург. Выбери правильный ответ и отметь его знаком"+". Города для выбора: Москва, Санкт-Петербург, Владимер и Великий Новгород.

Рыдая, он поведал другу, что один из его дядей скончался и что это событие послужило ему одновременно источником самой горячей радости и самого искреннего горя. Он добавил, вытирая слезы и улыбаясь, подобно Авроре, сквозь затихающие рыдания, что покойный дядя сделал его своим единственным наследником; эта новость доставила торговцу игрушками столь сильное удовлетворение, что у него не хватило слов и, чтобы передать это чувство должным образом, ему пришлось прибегнуть к пантомиме.

Подобно Гаргантюа после кончины его супруги Бадбек и рождения его сына Пантагрюэля, Мадлен продолжал рыдать, рисуя трогательную картину превосходных качеств усопшего, и хохотать как безумный, перечисляя все удовольствия, радости и наслаждения, которые виделись ему на горизонте, когда он думал о шестидесяти тысячах франков, оставленных его дядей; они должны были помочь ему решить неразрешимую до тех пор материальную и нравственную проблему: Господин Пелюш, успокоившись насчет состояния рассудка Мадлена, слушал друга с важным и задумчивым видом.

Торговец цветами не мог пропустить представившуюся ему возможность выступить с высокопарным нравоучением. Он начал с милости Провидения, соблаговолившего остановить свой милосердный взгляд на грешнике, дабы тем самым побудить его к раскаянию, затем еще раз подробно перечислил все роковые случайности беспутной жизни и горячо поздравил друга с тем, что тому удалось избежать неотвратимо грозящего ему наказания.

Наконец, когда его мысли приняли более определенное направление, г-н Пелюш стал намечать, как Мадлену следует употребить эти деньги, чудом свалившиеся на него с неба; с прозорливостью, присущей ему в отношении коммерции, он обрисовал, какой размах должен придать его друг своей торговле; он охватил взглядом все многочисленные операции по производству и продаже товара, не упустив самой незаметной подробности.

Господин Пелюш раскрыл перед Мадленом блаженство от безошибочно проведенной описи товаров, постарался пробудить честолюбие друга, поведав о зависти и восхищении, с какими и собратья по ремеслу и все окружающие будут следить за его успехами.

Мадлен, как обычно, дал своему другу Пелюшу излить эти потоки многословного красноречия, но, когда тот закончил свои наставления, торговец игрушками ответил ему с той самоуверенностью, какую придает обладание шестьюдесятью тысячами франков: Господин Пелюш был уничтожен этим столь ясным и недвусмысленным заявлением.

В самом деле, если до той поры Мадлен и не извлекал большой выгоды из поучений своего богатого и добропорядочного товарища, то, по крайней мере, он хотя бы всегда безропотно выслушивал. Ведь его друг не только своим непочтительным, пренебрежительным отношением осквернял святыню — то есть коммерцию, не только нес ересь за ересью, утверждая, что капитал не является орудием для преумножения самого себя и что тот, кто им обладает, в состоянии найти себе лучшее занятие, чем удваивать, утраивать или учетверять его: Этот намек, надо признать, ранил чувствительность г-на Пелюша.

Какое-то мгновение он колебался. Под болезненно-мучительным впечатлением от удара, нанесенного его чувствам неограниченного властителя, старая его привязанность к неблагодарному Мадлену на какую-то минуту потеряла свою силу. И все же душа г-на Пелюша пребывала в нерешительности.

Должен ли он выказать этому несчастному отступнику презрительное сочувствие, которое полагается проявлять по отношению к добровольному безумию? Или же ему следует предаться величественному гневу, которого заслуживает подобная дерзость?

В крайнем возбуждении своих нервов г-н Пелюш слепо избрал второе. Он схватил Мадлена за рукав и театральным жестом указал ему на дверь. Госпожа Атенаис подняла вверх обе руки с букетом фуксий, словно благодаря Небо за столь долгожданную милость, которую она уже не надеялась обрести. Что касается Мадлена, то он воспринял случившееся самым веселым образом и даже попытался обнять своего друга Пелюша, однако тот поспешно отошел назад с презрительной улыбкой: Негодующий г-н Пелюш с треском захлопнул за ним дверь, но веселый смех Мадлена все еще долетал до хозяев магазина.

какой из российских городов возник в новое время выбери правильный ответ и отметь знаком

Когда г-н Пелюш, вздыхая, с мокрыми от слез глазами взобрался на свой табурет, обитый красным утрехтским бархатом, на котором он, как на троне, восседал за прилавком, дверь вновь распахнулась, и в проеме возникло смеющееся лицо Мадлена. Пелюш, расстояние не будет мне помехой, и ты увидишь, что я не забуду. Первый карп, которого я поймаю, первый кролик, которого я убью, первый салат, который я выращу, принесут тебе весть обо мне; и если когда-нибудь ты решишься порвать свои цепи и оставить свою каторгу, то приезжай ко мне в Вути, мой бедный невольник гроссбуха, и я научу тебя, как помещать свои деньги под сто процентов удовольствия, веселья и хорошего настроения.

И, закрыв дверь, Мадлен исчез. Оскорбительные сомнения, громко высказанные вслух торговцем игрушками по поводу истинности счастья тех, кто добровольно приковывает себя к механизму торгашества, помимо прочего породили большую сумятицу в голове достойного г-на Пелюша, чьи мысли до тех пор следовали строгой системе.

Он пожимал плечами, смеялся от жалости, наедине с собой вслух размышлял о том, как мало значения рассудительный человек должен придавать мнению такого неразумного человека, как Мадлен; но, несмотря на все это, несмотря на сознание своего превосходства, ему никак не удавалось освободиться от этого навязчивого воспоминания. А одно сравнение, к которому прибег торжествующий наследник, дерзко позаимствовавший его у животного царства, особенно часто приходило ему на ум.

Когда г-н Пелюш думал об этом, а это бывало по двадцать раз в день, он чувствовал, как холодный пот выступает у него на лбу; и тогда он начинал ерзать на своем табурете, словно желая доказать самому себе, насколько беспочвенно и неправдоподобно то оскорбительное сходство, которое Мадлен пожелал установить между честным коммерсантом и раковиной, намертво прикованной к скале. Сидел ли г-н Пелюш не шелохнувшись, пристально глядя в свой гроссбух и, судя по его внешнему виду, целиком погрузившись в стратегические комбинации дебета и кредита, или же, казалось, был поглощен сортировкой продукции своих мастерских, в его голове билась лишь одна навязчивая идея: Но, увы, боги, чья высочайшая сущность подвергается сомнению, перестают быть богами.

То, что подспудно творилось в потрясенной душе г-на Пелюша, долго ничем не обнаруживало себя, поэтому г-жа Пелюш, весьма сведущая в закорючках, с помощью которых записывают себестоимость и продажную цену товара, была неспособна хоть что-нибудь прочесть по тому зеркалу души, что называется физиономией. Однако, замечая непривычное волнение г-на Пелюша, она время от времени с удивлением посматривала в сторону мужа. Мы полагаем, что настала минута познакомить нашего читателя с г-жой Атенаис Пелюш, урожденной Крессонье.

Нет, г-н Пелюш, благодарение Богу, оценивал эти ничтожные соблазны не выше того, чего они заслуживают. Лишь только предрасположенность к коммерции, которую он заметил у этой интересной молодой особы, склонила чашу весов в ее пользу и предопределила его выбор.

И действительно, как с несказанной гордостью говорил продавец цветов, мадемуазель Крессонье была рождена для торговли. Она в высшей степени обладала теми отрицательными качествами, которые, сочетаясь у женщины с присущими ей от рождения хитростью и двуличностью, превращают ее в настоящего Талейрана прилавка. Но развитие коммерческих наклонностей мадемуазель Атенаис Крессонье нельзя, как в случае г-на Пелюша, рассматривать как следствие некоей привычки и приписывать их некой чуть ли не платонической страсти к превратностям коммерческих сражений.

Госпожа Пелюш была гораздо более практичным человеком, чем ее супруг; она любила коммерцию не ради самой коммерции, а ради тех прибылей, которые та давала, ради тех денег, что она приносила. Будучи молодой и привлекательной, эта женщина любила золото, как любят его некоторые ростовщики и как любили его древние маги; ее завораживали его рыжеватые переливы, металлическое позвякивание; она ощущала, как все ее тело пронизывала магнетическая дрожь, когда в ее пухлую ручку опускалась золотая монета.

Если бы, подобно Пифагору, мадемуазель Атенаис могла вспомнить свои прошлые существования, то безусловно ей пришлось бы признаться, что во времена Юпитера она была Данаей. Только что по поводу г-жи Атенаис Пелюш мы говорили о хитрости. Хотелось бы, чтобы наш читатель правильно истолковал значение этого слова в данных обстоятельствах.

Очень часто бывает, что хитрость негоцианта, хитрость, свойственная его натуре, не имеет ничего общего с интеллектом, это лишь некое чутье, присущее породе двуногих, и ничего. Стоя за прилавком, г-жа Атенаис Пелюш способна была бы обмануть самого Бога Отца и навязать ему кудель под видом шелка; но вне рамок своего официального существования она была столь наивна, а точнее, столь глупа, что этим вызывала к себе интерес.

Теперь легко понять, почему все признаки, указывающие на то, что ее супруг утратил свою привычную самоуверенность, ускользнули от ее проницательности. Тем временем друг Мадлен и его неразумные решения стали неизменным предметом всех разговоров цветочника.

Пребывая в стенах магазина, г-н Пелюш и не помышлял отвлекать внимание г-жи Пелюш вопросами, не касающимися изготовления и продажи их продукции, настолько глубоко он был убежден в важности своих обязанностей и величии своей подвижнической обязанности; но как только оба супруга оставались в темной задней комнате, служившей столовой, г-н Пелюш давал волю своему негодованию, которое в течение шести часов он был вынужден вынашивать в своей груди.

И тогда звучала целая симфония. Все три четверти часа, пока длилась трапеза, г-н Пелюш изливал горечь своих мыслей, которые рвались наружу из его уст, сталкиваясь по пути с поглощаемой им пищей: В эти дни безудержного красноречия г-н Пелюш доходил до того, что грозил другу смертью от мгновенного внутреннего возгорания или же от белой горячки.

Было условлено, что в дни, когда в магазине появлялась мадемуазель Камилла Пелюш, эту чистую, невинную душу не должна пятнать грязью картина беспутной жизни Мадлена; и когда молодая девушка обеспокоенно спрашивала, нет ли известий о ее крестном отце, которого она так сильно любила, но больше не видела, г-н Пелюш довольствовался тем, что говорил ей с интонацией, горечь которой никому не удалось бы воспроизвести: Эти слова сопровождались резким нервным смехом, так сильно напоминавшим г-же Пелюш смех Мефистофеля, который во времена своей юности она слышала в театре Порт-Сен-Мартен, что при звуках голоса своего супруга бедная женщина невольно вздрагивала.

Госпожа Пелюш высоко ценила в искусстве кулинарии бережливость, поэтому она весьма благосклонно приняла эту посылку, которая теперь, когда г-же Пелюш не приходилось больше терпеть бурные визиты бывшего торговца игрушками, почти примирила ее с. Господин Пелюш бросил косой взгляд на эту широко раскрытую корзину: В это время один из приказчиков магазина принес записку, выпавшую из корзины. В ней было всего несколько строчек: Мое почтение сударыне, наилучшие пожелания моей крестнице.

Вы видите, что мы идем от открытия к открытию. Мадлен, рожденный при Консульстве отцом-республиканцем, получил в крестильной купели имя тираноубийцы — Кассий; но, поскольку, желая отпраздновать годовщину того памятного дня, когда Мадлен искупил первородный грех, вы бы тщетно искали в календаре день поминовения святого Кассия, друг Пелюша решил, что ему желательно отмечать свой праздник 1 ноября, то есть в День всех святых. Да простят нам это отступление, которое, на наш взгляд, имеет свое назначение.

Мы принадлежим к числу тех, кто верит, что имена оказывают влияние на судьбу и характер человека, и мы могли бы провести здесь длинное философское исследование этих двух имен и этих двух характеров: Анатоль Пелюш и Кассий Мадлен. Но мы предпочитаем вернуться к нашему повествованию. Господин Пелюш разорвал записку и отшвырнул обрывки как можно дальше от.

Несколько дней спустя на адрес г-на Пелюша прибыла еще одна огромная корзина, и доставка ее также была уже оплачена. Корзина до краев была наполнена овощами и фруктами, а поверх этих аппетитных съестных припасов лежал целый ворох простых полевых цветов, которые тем не менее были очаровательны.

Госпожа Пелюш отважилась на следующее замечание: Супруга Пелюша взяла манеру называть Мадлена господином Кассием, переняв ее у двух друзей, привыкших обращаться друг к другу по имени, данному при крещении. Впрочем, имя Кассий казалось ей гораздо более мужским, чем имя Мадлен, которое, напоминая о женщине и о Евангелии, плохо соответствовало общественному положению и полу торговца игрушками. К этому новому дару прилагалось следующее послание: Не удивляйся, если ты обнаружишь некоторую разницу между цветами и фруктами, присланными мною, и теми, что находятся в твоем магазине.

Конечно, я сам выполняю всю подготовительную работу, но ведь моим первым подручным является Господь Бог. Если бы ты хотя раз смог оценить то наслаждение, какое испытываешь, видя, как из почки благодаря твоему уходу вырастает одна из тех прекрасных роз, которые пахнут совсем иначе, чем клей; если бы ты смог познать то трепетное чувство, какое вызывает скромная вишня начиная с того дня, когда она стоит словно в снегу, вся усыпанная цветами, и до того времени, когда эти цветы постепенно превращаются в плоды, которые можно есть, не опасаясь, что металлическая проволока вопьется тебе в десны, то в тот же миг рассчитал бы всех своих мнимых цветочников и поспешил бы последовать моему примеру, продав свое каторжное дело другому невольнику.

Мое почтение г-же Пелюш; мои наилучшие пожелания моей крестнице.

какой из российских городов возник в новое время выбери правильный ответ и отметь знаком

Было очевидно, что мрачные предсказательства… — мне кажется, что я соорудил новое слово; клянусь честью, тем лучше для Академии! Но и в том и в другом случае невинные насмешки деревенского жителя в адрес горожанина произвели болезненное впечатление на лавочника.

Постоянное возбуждение и перенапряжение его ума начинало приводить именно к тому результату, которого он опасался: Господин Пелюш уже далеко не с прежней поспешностью распечатывал письма клиентов, его оставляли безразличным промахи служащих; дважды он поймал себя зевающим с риском вывихнуть челюсть во время разборки текущих счетов и уже со страхом стал задаваться вопросом, что станет с ним, если этот ужасный Мадлен прав, и не допустил ли он сам ошибку, посвятив жизнь бесконечному набиванию деньгами своего сейфа.

Легко возбудимая натура женщин наделяет их даром предвидения. Кумекая сивилла, Дельфийская пифия, Аэн-дорская прорицательница, пророчица Кассандра — вот те, что подтверждают наше заявление и оставляют далеко позади себя старого зануду Калхаса и бретонца Мерлина. Госпожа Пелюш точно предсказала мужу, что, отдавая в кредит эту сумму, он поступает весьма рискованно. Бедный молодой человек был несчастлив в своих начинаниях: Господин Пелюш потерял тридцать тысяч франков — сумма, не имевшая для него ни малейшего значения.

Он часами просиживал на своем табурете, сдвинув брови, с отсутствующим взглядом, устремленным внутрь себя, погруженный в свои размышления, безразличный и более того — бесчувственный ко всему творящемуся.

Этот молчаливый уход в самого себя, столь чуждый обычному поведению и характеру г-на Пелюша, достиг такой степени, что г-жа Пелюш, устрашенная последствиями, которые он мог бы иметь, осушила свои слезы и положила конец причитаниям, чтобы попытаться утешить мужа.

Бережливая Атенаис приписывала это мрачное настроение г-на Пелюша влиянию злополучных пяти цифр, резавших глаза в статье доходов и потерь — в графе потерь. Эти тридцать тысяч франков, вышедшие из его сейфа, чтобы никогда туда больше не вернуться, составляли ничтожнейшую из забот, одолевавших торговца цветами. Он пожертвовал бы суммой, в четыре раза большей, чтобы вновь обрести утраченное безмятежное спокойствие души, то спокойствие, что некогда делало его равным богам.

Подобно любовнику, который после измены несравненной любовницы замечает, что его страсть к ней остыла, г-н Пелюш с тревогой спрашивал себя, как и чем ему удастся заполнить пустоту, образовавшуюся в его существовании.

Его самолюбие, которое двадцать лет непрерывных успехов немало укрепили и развили, помимо прочего, было жестоко оскорблено тем, что судьба будто встала на сторону Мадлена, заставив его самого склониться под тяжестью столь неожиданного несчастья. Это предательство Фортуны в то время, когда он нуждался в ее бесконечных милостях, чтобы поддержать пошатнувшуюся убежденность в своей правоте и разбить доводы противника, показалось ему ужасной несправедливостью судьбы.

Но это было еще не все: Господин Пелюш был человек, которого в его квартале называли красавцем; это значило, что у него были полные щеки, глаза навыкате, ярко-красный румянец, выступающий вперед живот. Щеки г-на Пелюша вытянулись, цвет лица потерял живость красок, делавших его похожим на один из тех восковых плодов, которые он ранее с такой гордостью изготавливал в своей мастерской.

Его затуманенный взгляд усматривал в пространстве, на небе, невидимую и необъяснимую загадку. Наконец, его живот, который был столь же неподвижно величествен, как и у знаменитого Брийа-Саварена, вместо того чтобы сохранить свою блистательную округлость или даже увеличить ее, как честолюбиво надеялся его владелец, опал до такой степени, что однажды г-н Пелюш с ужасом заметил, что ему необходимо прибегнуть к унизительной помощи подтяжек, если он хочет, чтобы его брюки не сползали ниже положенного уровня.

Именно в это время г-жа Пелюш, испуганная переменами, произошедшими с ее мужем, решила прибегнуть к лечебному средству — окончательно забрать из пансиона свою падчерицу Камиллу; она знала, как сильна любовь г-на Пелюша к своей дочери, и нередко расценивала эту любовь как слабость; теперь отцовские чувства стали ее надеждой, и она рассчитывала, что влияние девушки разгонит хандру, захватившую ее супруга.

Мадемуазель Камилла Пелюш, которую мы до сих пор скрывали или почти скрывали от глаз читателей и которая сейчас выходит на сцену, должна была вскоре отпраздновать свое семнадцатилетие; ее красота не принадлежала к числу тех, что неизбежно привлекает взгляд и вызывает восхищение.

Но стоило хоть один раз обратить на эту девушку внимание, как глаза сами собой неустанно возвращались к ее лицу, и уже невозможно было его забыть.

Ее глаза, хотя и небольшие, сверкали сквозь двойную завесу ресниц, столь длинных и шелковистых, что они еще сильнее подчеркивали либо веселое, либо печальное выражение голубых зрачков.

Рот ее был великоват, но его красила улыбка настолько благожелательная и добрая, что едва ли кто-нибудь замечал, как эта улыбка открывает зубы ослепительной белизны. Остальные черты лица Камиллы были безупречно правильными; ее милое личико обрамляли две каштановые косы необычайной густоты, и девушка умела укладывать их так очаровательно, как это свойственно только женщинам со вкусом, которые причесывают себя.

Это то, что касается ее внешности; скажем же теперь несколько слов о ее характере. Мадемуазель Камилла Пелюш служила новым доказательством той утешительной истины, высказанной некоторыми оптимистами, что природа вознаграждает тех, кто в детстве был лишен ласки матери и ее наставлений, ранним развитием ума и большой работоспособностью. Действительно, Камилла научилась всему, чему можно было научиться в пансионе; она довольно чисто говорила по-английски, приятным голосом пела романсы, аккомпанируя себе на фортепьяно, и замечательно рисовала цветы.

Отсутствие материнского внимания, всегда заботливого и доброго, но порой расслабляющего, ускорило зрелость ума Камиллы, и, ничего еще не зная о жизни, она благодаря тайному чутью с первых же слов мачехи поняла свою роль в отцовском доме. С тактом, которого недоставало г-же Пелюш, девушка тут же угадала, что волнение, подмеченное ею на лице отца, нельзя объяснить незначительной денежной потерей, жертвой которой он.

Она поняла, что лишь большие изменения, если только не полная перемена в привычках и занятиях отца, благотворно скажутся на его здоровье и станут тем лекарством, какое ей поручила найти г-жа Пелюш. И тогда с полнейшим самоотречением, в котором нельзя было и заподозрить малейшей неестественности, она стала легкомысленной и ветреной, не смущаясь сурово сдвинутых, словно у Юноны, бровей мачехи.

Камилла утверждала, что после столь долгого заключения в Маре, то есть в одном из самых удаленных кварталов Парижа, она не может обходиться без развлечений, шума, движения. Вынужденный сопровождать дочь во время ее ежедневных прогулок от Бульваров к Елисейским полям и от Елисей-ских полей к Булонскому лесу, обязанный присутствовать вместе с ней на всех спектаклях, вкушать от всех удовольствий, к каким Камилла теперь проявляла такое безудержное пристрастие, г-н Пелюш внезапно должен был расстаться со своими привычками домоседа.

За все свои сорок восемь лет г-н Пелюш не прошел столько дорог, сколько заставила пройти его дочь за две недели этого увеселительного стипль-чеза. Это отчаянное средство оказало на него довольно своеобразное воздействие. Господин Пелюш, суставы которого несколько утратили гибкость от почти полувекового бездействия, всегда с трудом трогался с места. Он какое-то время сопротивлялся настойчивым просьбам Камиллы, прежде чем уступить высказанному ею новому капризу. Его необходимо было подстегивать нежными ласками, чтобы он решился взять разгон, то есть надеть себе на голову шляпу и облачиться или в свой деловой редингот, или, когда того требовали обстоятельства, в свой голубой мундир с золотыми пуговицами.

Влияние этих неведомых ему ранее чувств довело г-на Пелюша до восторженного состояния. Наконец, когда г-н Пелюш шел под руку со своей дорогой Камиллой, он был так горд красавицей-дочерью, что позволял своей шляпе занимать наклонное и вызывающее положение, так сильно возмущавшее его некогда у Мадлена. К несчастью, как только он возвращался домой, как только занимал свое место за дубовой конторкой, а приказчики клали перед ним целые кипы счетов, которые торговец цветами должен был занести в гроссбух, за несколько секунд совершалось обратное превращение, и под влиянием этого ужасного воздействия цветочник становился еще более печальным, более мрачным и угрюмым, нежели был до.

Тяжелые вздохи, которые у него даже не было сил скрывать, вырывались из его груди, и не раз Камилле казалось, что отец украдкой смахивает слезу нарукавниками из голубого перкалина, защищавшими сукно его редингота. Однажды она решилась поделиться своими здравыми размышлениями с мачехой. Она назвала опасения Камиллы выдумками пансионерки и достаточно язвительно заметила, что, если бы капризы испорченного ребенка не отвлекали г-на Пелюша от его занятий, он бы уже вполне поправился; под конец она запретила девушке забивать голову отца подобным вздором.

Этот выговор сильно опечалил Камиллу, и она больше не осмеливалась предлагать отцу новые прогулки. Шли последние дни августа. На голове этого человека была фетровая шляпа с широкими полями, и ее край, прижатый к стеклу, к которому прислонил свое лицо нескромный незнакомец, загораживал от г-на Пелюша большую часть физиономии этого назойливого любопытного. Манера незнакомца одеваться показалась торговцу цветами столь же странной, сколь и причудливой.

Но внимание г-на Пелюша привлекла даже не его голубая хлопчатобумажная блуза, а высокие кожаные гетры с застегивающимися голенищами, сделанная из кожи и сетки сумка, которую он носил через плечо, два рога с медными застежками, болтавшиеся под обеими руками, и, наконец, двуствольное ружье, видневшееся из-за его плеча и ничем не напоминавшее то оружие, которое правила предписывают носить национальным гвардейцам.

В эту минуту небольшой уголок лица неизвестного, открытый для г-на Пелюша, исказила невероятная гримаса. Цветочник побледнел как полотно; он подпрыгнул на своем табурете и с чувством, заставившим г-жу и мадемуазель Пелюш поднять головы, закричал: Это в самом деле был Мадлен, который с привычным для него шумом уже открывал дверь, Мадлен, который, возвращаясь после пяти месяцев разлуки в магазин своего старого товарища, казалось, продолжил тот взрыв смеха, что был начат им, когда он выходил из этих стен.

Это был Мадлен еще более веселый, более шумный, более радостный, чем когда-либо, и однако, этот Мадлен столь мало походил на прежнего, что узнать его можно было, лишь сосредоточенно вглядываясь в. В противоположность г-ну Пелюшу, похудевшему и побледневшему, Мадлен утратил свою худобу и заметно располнел.

Острые углы его лица, словно вырезанные лезвием ножа, сгладились, во взгляде появилась живость, никак не связанная с алкогольным перевозбуждением; спина распрямилась, цвет лица, некогда желтый от бессонных ночей и красноватый от чрезмерных возлияний, принял под влиянием свежего воздуха тот теплый, смуглый оттенок, что служит характерным признаком здоровья и силы.

В общем, Мадлен помолодел ровно настолько, насколько г-н Пелюш постарел. И, словно забыв все, что случилось, он пошел навстречу Мадлену, протягивающему руки для объятия. Но, рассказывая все это, Мадлен против воли не мог оторвать взгляд от Пелюша и, казалось, был сильно удивлен переменой к худшему, произошедшей во внешности его старого товарища. Он смотрел на Пелюша со своего рода оцепенением, отведя от него глаза лишь для того, чтобы вопрошающе посмотреть на г-жу Пелюш и свою крестницу.

Камилла отлично поняла значение этого взгляда и приложила пальчик к губам, -предупреждая крестного, что все расспросы по этому поводу неуместны. Госпоже Пелюш хотелось достойно ответить на проявленную Мадленом щедрость садовода и рыболова, и она предложила ему с не свойственной ей любезностью разделить их семейный обед.

Но в то же время, чтобы доказать Мадлену, что ничто не изменилось в его привычках, г-н Пелюш несколько раз повторил, что, поскольку обед будет лишь в пять часов, ему нужно привести в порядок свои конторские книги, так как обязанности коммерсанта для него даже превыше удовольствия побеседовать с другом. Сельский житель под предлогом, что ему надо сделать еще кое-какие покупки в квартале, вышел вместе с Камиллой, которая, желая спокойно переговорить с Мадленом, попросила у отца разрешения сопровождать своего крестного.

Час обеда собрал всех четверых в маленькой столовой торговца цветами, о которой уже шла речь. Господин Пелюш, возбужденный, словно ему предстояло драться на дуэли, подготовил целый набор доказательств, призванных не оставить камня на камне от клеветнических утверждений Мадлена, если тот попытается очернить радости коммерции, и показать ему, что удовольствие от производства бумажных цветов и отправки их в четыре части света остается, невзирая на карпов, угря и фрукты, присланные Кассием, самой важной обязанностью человека на земле.

Но, к несчастью, цветочнику так и не удалось поделиться результатами своих размышлений. Мадлен был, как обычно, весел и, не принимая вызова, пропускал мимо ушей коварные выпады, с помощью которых г-н Пелюш пытался свести разговор к этим интересующим его вопросам, послужившим причиной его ссоры с другом и тех жестоких разочарований, что последовали за этой ссорой.

Даже привыкнув ничему не удивляться, г-жа Пелюш не смогла скрыть изумления, вызванного этим перевоплощением Мадлена. Нет, он не стал элегантным человеком, его внешность продолжала оставаться грубой; но он утратил то насмешливое расположение духа, жертвой которого обычно становилась хозяйка дома, и за все время обеда ни разу не допустил в отношении ее ни одной из тех странных выходок дурного вкуса, ни одной из тех пошлых двусмысленностей, на которые торговец игрушками прежде был так шедр и которые делали его поистине невыносимым.

Итак, время обеда превратилось для г-на Пелюша в целую цепь разочарований, а для г-жи Пелюш — в целую цепь сюрпризов. И когда Мадлен, которому еще предстояло проделать восемнадцать льё, чтобы добраться до своего крова, простился со своими друзьями, не забыв заверить г-жу Пелюш, что ей еще предстоит отведать плоды его охоты, точно так же как она уже отведала плоды его рыбной ловли и садоводства, та с присущей ей простодушной бестактностью не смогла удержаться и не заметить мужу, что не следовало выдвигать нелепые доводы против намерений Мадлена, которым суждено было завершиться столь блестящим результатом.

Господин Пелюш ничего ей не ответил; пока служанка собирала со стола, он ходил взад и вперед по тесной комнате, испытывая страшное волнение и даже не давая себе труда скрыть. Вдруг, как бы уступая внезапному порыву, торговец цветами взял свою шляпу и впервые в жизни вышел из дома без определенной цели.

Это было первое серьезное развлечение г-на Пелюша. И мы увидим, к чему оно его привело. Возвращенный к реальностям этого мира, он понял всю нелепость своего положения, краска стыда пятнами выступила у него на скулах, и он бросился прочь, спрашивая себя, до чего может довести человека непривычное волнение. Было одиннадцать часов вечера. Некоторые магазины уже закрыли свои витрины.

Свет вывесок и рекламы стал постепенно бледнеть; экипажи, хотя и встречались реже, вместе с тем мчались гораздо быстрее, шум стихал: Однако он смутно представлял себе то беспокойство, какое должны были испытывать в это время г-жа Пелюш, урожденная Крессонье, и мадемуазель Камилла, его дочь. Никогда на своем супружеском веку г-н Пелюш не возвращался в столь поздний час. Это соображение заставило его положить конец своим бесцельным странствиям, сориентироваться и попробовать отыскать путь домой.

Некоторое время он вел себя словно путешественник, заблудившийся в девственных лесах Америки и пытающийся определить дорогу по пучку травы, по стволу дерева, по утесу или скале необычного вида; некоторое время, повторяем, он пристально рассматривал двери и окна домов, считая постыдным для себя, выросшего в Париже, читать название улицы, на которой он находился, на услужливых табличках, установленных городскими властями в начале и конце улиц, чтобы облегчить маршрут провинциалам; не прибегая к столь унизительному для себя способу, он определил, что его беспорядочные скитания привели его в тот старый Париж, притоны которого стали тогда так широко известны благодаря знаменитому роману.

Поэтому, войдя в сумрачные улочки Сите и вновь ощутив влияние окружающего, г-н Пелюш стал думать меньше о Мадлене и больше о Поножовщике и Грамотее, так что мало-помалу насмешливая физиономия бывшего торговца игрушками перестала вставать в его воображении, уступив место знаменитым преступникам, описания криминальных подвигов которых скрашивали его досуг. На каждом шагу он принимал фантастические тени, которые дрожащий свет газовых фонарей отбрасывал на стены, за силуэт бандита, готового поступить с ним, как с принцем Родольфом; холодный пот выступал у г-на Пелюша на лбу, и он чувствовал дрожь во всех членах.

Наконец торговец цветами попал в свой квартал. Фасады домов, представшие его взгляду, выглядели как лица добрых старых знакомых, однако он все еще не успокоился до конца. Тем не менее, когда он узнал ныне уже исчезнувшую, подобно многим другим, улицу Шевалье-дю-Ге, ему пришло в голову, что где-то рядом находится караульное помещение роты того легиона, в состав которого входил и он, поэтому г-н Пелюш принял соответствующую осанку, чтобы пройти перед часовым с безмятежным видом и достоинством, соответствующими его высокому положению в гражданском ополчении.

Но, к своему величайшему изумлению, г-н Пелюш не услышал на мостовой улицы отзвука размеренных шагов часового и напрасно попытался отыскать в темноте некий силуэт и сверкающие отблески, какие отбрасывает дуло ружья с примкнутым к нему штыком. Ночь, сменившая один из самых жарких августовских дней, была теплой и душной, и на небе не было ни облачка, так что у постового не имелось ни малейшего предлога, чтобы укрыться в караульной будке.

Господин Пелюш заподозрил нарушение в несении службы, и, хотя дежурной была вовсе не его рота, он воспользовался предоставившимся случаем, чтобы лишний раз доказать свои усердие и бдительность. Кроме того, после довольно бурных переживаний, которые ему пришлось испытать, он был не прочь взять реванш, в свою очередь слегка припугнув кого-нибудь. Господин Пелюш направился к будке, заглушая звук собственных шагов и принимая чрезмерные предосторожности, подобно краснокожему индейцу, вышедшему на охоту за скальпами в безлюдье американских лесов.

Стратегии Ци Мэнь Дунь Цзя и разбор матча Россия - Испания. Что сделать, чтобы прийти к цели?!

На некотором расстоянии от поста его невероятно заинтриговал равномерно повторяющийся звук от столкновения двух предметов. Разумеется, часовой не спал; но в то же время представлялось весьма вероятным, что он не полностью отдавал свои силы заботам о безопасности города, доверенного его неусыпной бдительности.

Господин Пелюш, спрятавшись с левой стороны будки, высунул голову и заглянул внутрь. Внутри будки можно было разглядеть ружье и медвежью шапку часового, который, повесив свой головной убор на кончик штыка, освободил голову и руку от бремени, по-видимому казавшемуся ему бесполезным. Сам же часовой прислонился к освещенной фонарем правой стене будки и скрашивал свое дежурство, играя в бильбоке с ловкостью, какой позавидовали бы даже миньоны Генриха III.

Перед таким забвением того, что г-н Пелюш полагал самым священным долгом и обязанностью, торговец цветами почувствовал, как все его личные заботы мгновенно улетучились. Он уже было намеревался захватить оружие нарушителя и заставить задрожать того от ужаса при крике: Достигший высшего предела; совершенный, полный. Весь покрытый зеленью, абсолютно весь, Остров Невезения в океане.

Остров Невезения в океане есть, Весь покрытый зеленью, абсолютно. Там живут несчастные люди-дикари, На лицо ужасные, добрые внутри. На лицо ужасные, добрые внутри, Там живут несчастные люди-дикари. И что-то мурлычет удмурт, присев у колёс мотоцикла. Полозья весною — абсурд, весна к мотоциклу привыкла! В старой русской жизни август был шестым месяцем; а когда год стали считать с сентября, то — двенадцатым.

Собираем в августе Урожай плодов. Много людям радости После всех трудов. Солнце над просторными Нивами стоит И подсолнух зёрнами Чёрными набит. Авиация морская — Гордость северного края. Надежда на случайную удачу, везение. У Васи В запасе Немало вещей: Жил осьминог Со своей осьминожкой, И было у них осьминожков немножко… …Была у детишек Плохая черта: Они, как хотели, Меняли цвета…. Синего мама Ещё не купала. И начинается Дело сначала… …Папа с детьми Обращается проще: Сложит в авоську И в ванной полощет.

Book: Парижане и провинциалы

С каждым возиться — Не много ли чести? Он за минуту Их вымоет. Автобиографии деревьев Кольцами написаны на. Кольца, что росли из лета в лето. Сосчитал я все до одного: Это — зрелость дерева, вот это- Юность тонкоствольная. Ну, а детство где же? В середину, В самое заветное кольцо, Спряталось и стало сердцевиной Тонкое смешное деревцо.

Самый первый автобус машину с паровым двигателем для перевозки 8 пассажиров изготовил в г. В России автобус в качестве общественного транспорта стал использоваться с июня года в городе Архангельске. Я в понедельник или в среду, А может, завтра в два часа В большом автобусе поеду Стрижей послушать голоса.

Сварка или резка металла высокотемпературным газовым пламенем; газовая сварка. Устройство для такой сварки. Три года живу я в столице, Люблю я столицу… И вот Когда она вся озарится, То чем-то напомнит завод. Припомнится город сибирский, И тут же привидится мне: Летят автогенные брызги, Скользя по кирпичной стене.

Собственноручная надпись или подпись.

какой из российских городов возник в новое время выбери правильный ответ и отметь знаком

А, может быть, и у меня Автограф будут брать друзья? Лет через десять или пять Смогу я знаменитым стать. Вот только, правда, кем мне быть Ещё я не успел решить. Первые приборы для автоматической артиллерийской стрельбы с морских судов придумал в г. Нам нужно строить города, Выращивать пшеницу И быть готовыми всегда С любым врагом сразиться.

Вот почему наш часовой Всегда стоит на страже. Он охраняет наш покой, И автомат Заряжен. Машины, которые подражали движениям одушевленных существ и имели форму человека или животных, изготовлялись уже в глубокой древности. Слово автомат придумал в г. Пахнет свежей, Сладкой Сливой! Дует ветер, Зол мороз. Но я чую Абрикос! Этот — вишня, Этот — слива, Этот — сладкий виноград. Что за вкус И аромат!

Люди пьют — Благодарят, Люди пьют и говорят: Чтоб тебя я повёз, Мне не нужен овёс. Накорми меня бензином, На копытца дай резины, И тогда, поднявши пыль, Побежит автомобиль. Первый автопилот был создан в Америке в году. Он обеспечивал автоматическое удержание курса полёта и устойчивость самолёта при движении.

Отдыхает в кресле Лётчик. Гладкая дорожка, Подремлю немножко. Автомат-автопилот Сам ведёт Самолёт. Бедный Вторник сам не свой — К ним подходит постовой: Попрошу вас в отделенье! Тут в себя пришла Среда: Всё придумал Коринец, Пусть ответит, наконец… Ю.

Горда и тем, что здесь, на широте Немыслимой — на восемьдесят третьей! И наш авторитет Венчает герб: Первая автострада протяжённостью 85 километров была построена в году в Италии. Дивимся на клешни портальных кранов, молчанью гор и блеску автострад, а, в общем, и привыкнуть бы пора нам к тому, что город встрече с нами рад. Школьный дом одноэтажный Улыбается окном. Грач по нивам бродит важно Словно сельский агроном. Проводится конкурс На лучший каприз!

Начало — в три. В средние века, когда на море не было установлено международного права, купеческие корабли не всегда решались пускаться в дальнее плавание в одиночку. Это звание впервые было введено в употребление в Испании, а оттуда перешло и в другие европейские государства. Часто терпит пораженье Самый храбрый адмирал, Если место для сраженья Неудачно он избрал! Кто стучится в дверь ко мне С толстой сумкой на ремне, С цифрой 5 на медной бляшке, В синей форменной фуражке?

В семь часов он начал дело, В десять сумка похудела, А к двенадцати часам Всё разнес по адресам. Тот, кому отправлено почтовое отправление письмо, посылка или телеграмма. Круг людей, на которых рассчитано произведение литературы, искусства, доклад. С утра сегодня почтальон Проделал путь немалый. В аллею сада входит он Немножечко усталый… Ты видишь: Он дружит с адресатом.

Поговорить им есть о чём, Двум старикам усатым. Шляп, вееров, плащей, корсетов, Булавок, запонок, лорнетов, Цветных платков, чулков a jour 12 … А. Идеальный порядок; так, как следует; хорошо, благополучно. Бросим друг другу шпильки подсовывать, Разведём изысканный словесный ажур.

А когда мне товарищи представят слово — Я это слово возьму и скажу. Прозрачный, со сквозным узором. Искусно и тонко сделанный; тонкий, ювелирный.

какой из российских городов возник в новое время выбери правильный ответ и отметь знаком

И ажурной вязки тонкой шаль связала из ручья, и весёлой песней звонкой заманила соловья. Что за шум на задней парте? Кто-то там шипит в азарте: Термин азот придумал в г.

Вода поспорила с азотом,- Важнее чья из них работа? Она и он всем жизнь дают, И все же, чей ценнее труд? Коль дело общее ведётся, Союз без уз не обойдётся. Первоначальные сведения, начала, основы чего-либо.

  • Тайны древних
  • Book: Парижане и провинциалы
  • Право автора

Да ещё щегол, пернатый щёголь, Нотные азы зубрит в кустах… Просто всё. А как для сердца много! Золота на свете слишком мало, И оно всегда не на виду. Из недорогого матерьяла Создает природа красоту.

Кончилось безмолвье Зимней тишины. К айсбергам уходят Вьюги постепенно, Наполняет солнце Паруса весны, И с волны крылами Чайки ловят пену…. Звание кого-либо учёного, художника и др. О человеке, много знающем, хорошо разбирающемся в чём-либо. Он знал ее предназначенье. То академик, то герой, То мореплаватель, то плотник, Он всеобъемлющей душой На троне вечный был работник. Название научных учреждений, задачей которых является развитие наук или искусств.

Название некоторых высших учебных заведений. Первоначально академия — сад Акадмоса, а позднее — философская школа, основанная Платоном. Эта академия просуществовала более лет г. От зари и до зари Насекомые лесные Изучают буквари… С. Белой акации гроздья душистые Вновь аромата полны, Вновь разливается песнь соловьиная В тихом сиянии чудной луны!

С аквалангом я ныряю, Мир подводный наблюдаю, Изучаю рыбок я, А они в ответ —. Тот, кто плавает под водой с аквалангом. Прозрачные краски для рисования, разводимые на воде.

Картина или рисунок, написанные такими красками. Солнце, радугу и лес. Но куда же делось время В городе моих чудес? Нарисую ветер в поле, Что резвится поутру, Пенье соловья на воле, Воздух чистый и зарю. Быстрое реки теченье, Тихий разговор цветов, В танце лёгкое круженье Бабочек и мотыльков. Я раскрашу акварелью В небе синем облака, И остановилось время У раскрытого окна.

В аквариуме на столе моём Смеётся, вьётся рыбка золотая, Переливаясь искристым огнём, Узорными чешуйками блистая. Мы пришли сегодня в порт. Мы стоим разинув рот. Та вода, что у причалов, И которая вдали, И в которую сначала С моря входят корабли, — Эта территория Зовётся акватория. Вдруг я слышу крики: Тут я взял такой аккорд, Что с испугу кошка Вмиг поставила рекорд По прыжкам в окошко!

От края и до края Прошла — дорог не счесть! Ремни нежны и узки, Весь в перламутре он, Как плакал он по-русски, Чужой аккордеон! Как раз, точно; точь-в-точь см. Тянет, бывало, вонзиться с разбега В белый сугроб… Ух, как щёки горят! Вот они — залежи русского снега… Страшно кому-то, а нам в аккурат!

Какой из российских городов возник в Новое время

Обёрнуты книги, Готовы закладки, Бумагою гладкой Сияют тетрадки. В них будут отныне Писать аккуратно — Прощайте навеки, Помарки и пятна! Исполнительный, соблюдающий во всём порядок. Тщательный, выполненный старательно и. У мамы-квочки Восемь сынков и две дочки. Каждому мама купила По два кусочка мыла, Чтоб чистыми были, опрятными, Красивыми и аккуратными. Сколько кусочков мыла Мама детишкам купила? Они выступали на площадях в базарные дни или во время частых праздников, посвященных олимпийским греческим богам или местным божествам — покровителям города.

Акробат и акробатка — На арене цирковой! Замирает сердце сладко, И верчу я головой! Бьют тревожно барабаны, Акробат ушёл в полёт! Словно лебедь сквозь туманы, Он по воздуху плывёт! А над ним, как синий факел, Вся искрится на лету Акробатка, в полумраке Набирая высоту! Он в зубах кольцо сжимает, И с улыбкой на лице Акробатка начинает Кувыркаться на кольце! И летят они под купол! И вернутся ли назад?

Но петлю рукой нащупал Незаметно акробат. И с высот съезжают гладко Под литавров медный звон Акробат и акробатка, Сделав публике поклон!. Действующий, способный действовать, взаимодействовать. Богатой хлебной нивой, Раскинутой на целую версту. Волною, то активной, то ленивой, Травой умытой, яблоней в цвету. Как изучают жизнь акул, Привычки, нравы и повадки? И прошли на лодках вместе — Кок, механик, рулевой, Командир, акустик — с честью Испытание войной.

В тайге отличная акустика, когда мороз под пятьдесят. Нога на снег едва опустится — и словно скрипки зазвучат. Смычки то разом заколышутся, то запоют наперебой… По всей земле, наверно, слышатся шаги идущего тайгой. Особенности произношения, свойственные говорящему не на своём языке. Выделение звука или аккорда. Плита с загадочными письменами. На нём стоит мировое дерево или трон мирового царства. Камень наделён целебными и волшебными свойствами из-под него по всему миру растекаются целебные реки.

Ехал Илья полями дальними, наехал три дороги нехоженых. На росстани — Алатырь, бел-горюч камень. На камне надпись написана: Слово образовано от выражения алкион есть птица морская. Заполовели у древа щёки И голос хлябкий, как плеск осоки, Резчик учуял: Бог, творец всего сущего. Разум мой не силён и не слишком глубок, Чтобы замыслов божьих распутать клубок.

Я молюсь и Аллаха понять не пытаюсь — Сущность бога способен постичь только бог. Минерал, кристаллическая разновидность углерода, превосходящий твёрдостью и игрой света все другие минералы; драгоценный камень бриллиант: О чём-то блестящем, искрящемся, как этот камень, или исключительно ценном.

Инструмент для резки стекла острым краем кусочка этого камня, вделанного в рукоятку. На то и меньше мой алмаз Гранитной тёмной глыбы, Чтобы дороже во сто раз Его ценить могли бы! Лекарственный препарат из этого растения. Есть растение такое, Называется алоэ. Место для жертвоприношений у первобытных народов; жертвенник; 2. Уже для первобытных племён возвышенные места воспринимались как посредники между небом и землёй, божеством и человеком. Буквы, расположенные в установленном порядке; азбука.

Буквы-значки, как бойцы на парад, В строгом порядке построены в ряд. Каждый в условленном месте стоит, И называется всё — алфавит. Над пустыней ночною морей альбатрос одинокий, Разрезая ударами крыльев солёный туман, Любовался, как царством своим, этой бездной широкой, И, едва колыхаясь, качался под ним океан.

Тетрадь или книга с чистыми листами для стихов, рисунков, фотографий или открыток. Собрание рисунков, репродукций, чертежей в виде книги или папки. Несколько объединённых одним названием музыкальных произведений, записанных на грампластинку, магнитофонную кассету или компакт-диск.

Я краски беру, И альбом я беру — На белом листе Затеваю игру. Рисунок окончен, И, значит, втроём Еще веселее Мы все заживём! Геологи втыкают альпенштоки, К отвесным скалам привалясь плечом, И день вставал горящий на востоке, Не кончившись на западе ещё… С. Самая высокая до м. Впервые название Альпы как название горной системы употребил в своих сочинениях древнегреческий историк Геродот в V.

Ущелья туманны и мглисты, Мечта, как опасность, близка, Идут и идут альпинисты Дорогой крутой — в облака. Ребятам всего по двенадцать. Но эти ль помеха в пути! Ведь им не впервой подниматься ёё По скалам седым и крутым. Но верят легенде чудесной, Кто с тайнами гор незнаком, Что облако там, в поднебесье, Поит их парным молоком. Всех чудес не сосчитать. Красный, белый, жёлтый, синий! Солнце, воздух и вода! Труд, веселье, сладкий сон! А война пусть выйдет вон! О крепком, сильном молодом мужчине с небольшими умственными способностями.

Зорким оком Не окинешь всех полян! Но — велик аллах с пророком! Он насыплет рис в коробки, И навьюченный амбал, Как верблюд, немой и робкий, В порт, согнувшись, побежал. Нет, Не до седин. Не до славы Я век свой хотел бы продлить. Мне б только До той вот канавы Полмига, Полшага прожить; Прижаться к земле И в лазури Июльского ясного дня Увидеть оскал амбразуры И острые вспышки огня.

Мне б только Вот эту гранату, Злорадно поставив на взвод, Всадить её, Врезать, как надо, В четырежды проклятый дзот. Чтоб стало в нём пусто и тихо, Чтоб пылью осел он в траву! Прожить бы мне эти полмига, А там я сто лет проживу! Древние греки считали, что этот минерал впитывает в себя винные пары и предохраняет того, кто его носит, от опьянения. Камни, камни, камни, камни, Молчаливы, холодны, Как росы студёной капли, Как дыхание луны… А для праздника, веселья Есть в камнях другой запас: Жемчуга для ожерелья, Аметисты иль топаз… О.

Когда бывало в старину Являлся дух иль привиденье, То прогоняло сатану Простое это изреченье: Однажды дала объявленье Улитка: С вышки своей В рабочем костюме сошёл Муравей. Нарядная, в перьях, явилась Кукушка. Амфибия это такая Лягушка Пришла с головастиком Юркий малыш! Потом прилетела Летучая мышь.

Амфибию не забуду, Плывущую по каменьям, Скребущую плоским днищем Лапландские валуны. Мы лодочку тянем сушей. Терпенье, мой друг, терпенье! На ней приплывём к победе По трудным путям войны. А вот фруктовый магазин! Здесь припасли для нас Антоновку и апельсин, Арбуз и ананас.